Полезная информация » Спортивное рыболовство

Окунь с поверхности. Заметки спиннингиста

Верховья водохранилища, куда я уже много лет езжу поохотиться за хорошим окунем – рай для любителя ловли в верхних слоях воды. Полосатых там предостаточно, а ловля на топ-вотеры - очень азартна и зрелищна, особенно на уокеры и попперы - взрывные поклевки заставляют сердце рыболова просто замирать. Щука является там хорошим бонусом, хотя, в отличие от окуня, значительно чаще мажет по поверхностной приманке или просто обозначает себя холостым выходом.

Водоем представляет собой многокилометровые мелководья со средней глубиной в метр-два, местами имеются канавы и локальные приямки с глубинами до двух с половиной - трех метров. Причем на мелководных участках водоросли обычно не доходят до поверхности всего на 20 – 30 см (а то и меньше), и поэтому комфортная ловля здесь возможна только с поверхностными приманками. На глубоких участках встречаются судак и некрупный сомик, а мелководья оккупируют щука с окунем, местами соседствуя с мелким жерехом.

Берега здесь в обычном понимании этого слова нет - его заменяет многометровая стена высоченного камыша и тростника, а в тех редких местах, где выходы к воде всё же есть, очень заболочено. Прибрежная зона на много десятков метров покрыта густыми зарослями различных водорослей - соответственно, без лодки здесь делать нечего.

Ловля на водоемах такого типа, на первый взгляд, не представляет особой сложности и довольно проста - можно просто облавливать все понравившиеся места, без рыбы гарантированно не останешься. Но нельзя забывать, что у каждого водоема всегда имеется своя специфика, которую нужно обязательно учитывать при разработке тактической схемы облова акватории - только таким путем можно достичь наивысшего результата.

Крупный поппер - одна из лучших приманок для здешнего окуня.

На изучение этих мелководий у меня ушел не один сезон, и даже сейчас я не могу с уверенностью сказать, что знаком с водоемом досконально - уж слишком он велик по площади, а количество интересных в рыболовном плане точек просто громадно. Тем не менее, кое-какие свои наработки у меня имеются - и я их с успехом использую.

Начнем с того, что биомасса окуня в водохранилище просто огромна, в этих местах он буквально вездесущ и водится, скажем, как в большом мелководном заливе с метровой глубиной возле коренного берега, так и на самом бескрайнем разливе, уходящем от прибрежных участков на просторы водохранилища. К слову, что меня удивило и продолжает постоянно удивлять, так это то, что окунь, который в принципе является рыбой стайной, здесь в подавляющем большинстве случаев ведет одиночный образ жизни, причем вне зависимости от размера. С одного места выловишь одного, максимум двух-трех - и всё, дальше молчок, можно смело уплывать.

В прибрежной зоне ловится окунь более мелкий, хотя справедливости ради нужно сказать, что я не раз и не два ловил здесь крупных, по 600 – 700 г горбачей, но всё же основная масса здешнего окуня мелковата и не представляет спортивного интереса. На разливе же и окунь покрупнее, и места поинтереснее, а шанс зацепить матерого килограммового окуняру значительно выше, да и сама ловля значительно продуктивнее и увлекательнее.

В прибрежной зоне крупный окунь тяготеет к листьям кувшинки - иногда стоит положить приманку с ювелирной точностью на границу кувшинок и чистой воды, как моментально следует жадная поклевка на всплеск. А на разливе любимые места его обитания - это участки с зарослями рдеста и песчаным дном, а также выходы из локальных ямок и канав, причем большинство таких точек работают из года в год.

Найти на таких просторах активного окуня - задача не из легких.

Нужно отметить одно прекрасное качество, присущее окуню, населяющему моё водохранилище - если в более запрессингованных местах того же окуня можно соблазнить только приманками небольшого размера, то здешние «матросы» безбоязненно рвут как тряпку топ-вотеры и минноу длиной даже по 10 – 11 см, так что с размером применяемых «поверхностников» здесь можно не стесняться.

Тактическая схема облова акватории, применяемая мной, довольно незамысловата - это скоростной поиск находящегося «в настроении» активного окуня с быстрым перемещением от точки к точке. Минут пять-десять - поклевок нет - всё, плывем дальше, на пассивного окуня не обращаем внимания - для нас он как бы не существует. Отсюда и темп ведения применяемых приманок - уокеры проводим без пауз со скоростью выше средней, попперы -более или менее скоростными «очередями» с минимальными паузами.

Отличной поисковой приманкой является раттлин.

Активный окунь всегда держит под контролем поверхность воды - и обязательно отреагирует на правильно преподнесенную ему приманку. Хотя и с активным окунем бывают небольшие проблемы - не раз бывало, что на уокеры он не обращал внимания, зато отлично ловился на попперы, и наоборот.

Поэтому всегда необходимо иметь под рукой приманки нескольких типов - и при отсутствии поклевок на точке проводить их ротацию с тем, чтобы выявить предпочтения полосатого на данный момент. Чаще всего бывает так: быстропроводимые уокеры выступают в роли разведчиков, а попперы являются «последним аргументом» - ими мы добиваем обнаруженного окуня.

Со щукой всё обстоит сложнее: поскольку в подавляющем большинстве случаев применяется скоростная проводка приманок, то в восьми случаях из десяти зубастая просто промахивается. Эффектно вылетит «свечой» из воды, боднув приманку – и уокер летит по воздуху в одну сторону, а рыба - в другую. Самая высокая реализация щучьих поклевок бывает или в полный штиль, или при небольшом ветерке, еле морщащем водное зеркало.

В таких условиях щучьему «бортовому компьютеру» легче всего просчитать траекторию броска вверх с упреждением, а при сильном волнении на поверхности это у неё получается намного хуже. Значительно реже промахивается щука по попперу: при проводке «очередями» из трех-четырех бульков я всегда делаю между ними паузу продолжительностью до двух секунд - и за это время зубастая почти всегда успевает прицелиться для точного броска по приманке.

От сезона к сезону поведение окуня, бывает, меняется просто кардинально: в позапрошлом году, например, окунь был значительно активнее и хорошо ловился на «поверхностники» даже среди дня, часто образовывая небольшие «котлы» и не очень привередничая в плане приманок.

Вечер, полный штиль - потихоньку окунь активизируется и начинает реагировать на топ-вотеры

Прошлый же сезон выдался просто каким-то аномальным: на протяжение всего периода открытой воды полосатый проявлял активность только минут 20 – 25 на закате и буквально полчаса - 40 минут максимум на рассвете, а днём ловились только некрупные одиночки. Причем были рыбалки, когда вечером клев хоть и короткий, но зато как из пулемета, а вот на утренней зорьке, на которую обычно возлагаются большие надежды, полный пролет - только пара небольших окуньков и всё, рыба закрывает рот на замок.

Из-за такого неудобного расписания окуневого клёва приходилось менять и расписание поездок на рыбалку: приезжать на водоем за 2 - 3 часа до заката, затем ночевать, и, отловив утреннюю зорьку, часов в 8 - 9 уезжать домой. Приезжал я обычно около пяти вечера, брал на базе гребную лодку и отплывал на точку - на веслах 25 - 30 минут хода. А поскольку время активного клева очень короткое, то приходилось полностью менять и саму тактику ловли полосатого.

Если раньше это был активный поиск рыбы с постоянным перемещением по водоему, то теперь - ловля с одного якоря на проверенном месте, т.е. образно говоря, у окуня дома, а где он постоянно обитал, я успел выучить досконально. Местом его прописки была приличная по здешним меркам ямка с глубиной 2,5 м, из которой полосатый перед закатом и на утренней зорьке выходил поохотиться на песчаную отмель с глубиной в метр-полтора.

Причем выходил на эту отмель большой стаей и начинал групповую охоту, иногда выдавая себя плесками и чавканьем, а порой вовсе не показывая своего присутствия - можно было подумать, что тут его совсем нет.

Лодку я старался установить на якорь на свале в приямок с тем, чтобы иметь возможность достать забросом рыбу и на глубине, и на отмели: на глубине стая охотилась у поверхности реже, но всё же прецеденты случались. А вот на отмель окуни выходили с завидной регулярностью, и причина этого была очевидна - в тихую погоду было отчетливо видно, как там «плавилась» масса мелкой рыбешки, на которую они и устраивали свои шумные охоты.

Интересно и волнующе бывает даже само ожидание вечернего выхода: ты понимаешь, что еще рано, но тем не менее начинаешь выполнять забросы приманкой на отмель, но она пока молчит - может лишь шальной одиночный окунек схватить воблер.

В какой-то момент пустое хлестанье воды приманкой начинает надоедать и ты присаживаешься в лодке попить кофейку - и, как по закону подлости, безжизненное до этого мелководье вдруг начинает оживать. Выходы-развороты окуня с характерным чавканьем, выпрыгивающая из воды в панике мелочь - наконец-то началось! Вот почему важно, чтобы к поводку всегда была пристегнута правильная приманка - тогда с началом окуневого выхода не придется судорожно менять воблер трясущимися от волнения руками, а сразу начинать результативную ловлю.

Мне могут возразить, что во время выхода окунь гиперактивен и схватит любую предложенную ему приманку: я тоже так раньше думал, но по своему опыту ловли окуня с поверхности могу с уверенностью сказать, что это не так. Мне пришлось убедиться в этом на собственной шкуре, причем не менее четырех-пяти раз: начинается выход, то тут, то там раздаются окуневые всплески, ты забрасываешь проверенный топ-вотер в место «боя», но вместо того, чтобы яростно схватить приманку, окунь или идет за ней, или бодает её закрытым ртом.

Как-то это странно – ведь воблер проверенный, и еще недавно окуни буквально разрывали его на части. Ну да ладно, смена декораций - и ты меняешь его на другой, не менее боевой, но результат тот же - нулевой. Начинается легкая паника – ведь время вечернего выхода очень непродолжительно, солнце стремительно садится за лес, а тут такое фиаско...

Пару раз я успевал найти работающий в данный момент «поверхностник» и начинал ловить. Причем часто результат давала замена не уокера, допустим, на поппер, а работать начинал тоже поппер, только с немного другой «игрой» - или с чуть-чуть иной тональностью булька, или двигающийся при проводке не зигзагом, а прямолинейно.

Раньше мне и в голову не пришло бы, что для активного окуня, бросающегося на все, что шевелится, иногда могут иметь решающее значение какие-то незначительные различия в «игре» двух схожих приманок. Однако практика доказала, что даже при групповой охоте полосатый может привередничать не хуже капризной барышни.

Днем, как я уже отмечал выше, в прошлом сезоне окунь на «поверхностники» ловился просто отвратительно, можно сказать, вообще никак - за полдня мотания по водоему на веслах можно было заработать всего несколько поклевок одиночного некрупного «матросика».

В те поездки, когда я после ловли на утренней зорьке решал остаться еще на целый день, я обычно даже не тратил время на поверхностную ловлю – и тогда в дело шли минноу. С их размером тоже можно было не церемониться - окунь охотно кушал модели длиной 100 – 120 мм, но мне практически всегда хватало двух проверенных, среднего размера «минношек», на которые полосатый ловился всегда, при любом состоянии активности.

После утреннего всплеска активности и набега на песчаную отмель окунь уходил в траву, и для того, чтобы выманить его оттуда, нужно было очень сильно постараться, особенно если он был в подавленном настроении и по какой-то причине капризничал. Понятно, что и пытаться ловить его нужно возле мест его дневной стоянки - возле зарослей водорослей, но здесь тоже всё было не так-то просто.

Одиночный окунь неплохо отзывался на скоростную проводку поппера вдоль границы травяных джунглей, но такая ловля была очень непродуктивна и требовала больших затрат энергии. Низкая её эффективность и нецелесообразность заключалась в том, что ради того, чтобы заработать поклевку окуня-одиночки, приходилось порой наматывать на веслах по акватории немалое расстояние и менять по несколько якорных стоянок. Такие изматывающие «гонки с препятствиями» очень быстро надоедали, гася на корню весь рыбацкий запал - следовательно, нужно было менять и саму тактику ловли, и тип используемых приманок – и тут на первое место вышли минноу.

С проводкой я особо не мудрил: агрессивный твичинг с короткими паузами продолжительностью до двух секунд - больше, как выяснилось, окуню ничего не нужно было. И неактивный, казалось бы, окунь с такой силой бабахал по воблеру на короткой паузе, что порой чуть не выбивал рукоятку катушки из пальцев - в такие моменты тебя самого как током высокого напряжения било от неожиданности. К тому же довольно часто в уловах стала проскакивать разнокалиберная щучка, чаще всего величиной до двух килограммов, хотя пару раз попались и «крокодильчики» хорошо за «трешку», нагоняя в кровь адреналина.

Когда полосатый не хотел реагировать на чистые топ-вотеры, в дело шли гибридные минноу

И если агрессивной скоростной проводкой «поверхностников» я отсекал большинство щучьих поклевок, а оставшийся процент чаще всего просто промахивался по быстро проводимому попперу или уокеру, то с минноу высокая скорость перемещения приманки нисколько не мешала хорошей реализации поклевок - движение перемещающейся в толще воды «минношки» легче просчитать для броска с упреждением. Иногда при ловле окуня я использовал и широко известный трюк: если я знал почти наверняка, что в каком-то месте стоит рыба, но отказывается брать минноу, то сначала «пробулькивал» его каким-нибудь «голосистым» поппером.

Практически в ста процентах случаев после такой «звуковой бомбы» окунь азартно жрал предложенные ему минноу, щука тоже часто проскакивала. Нередко при поиске полосатого выручали и раттлины - на такой огромной акватории они были отличной поисковой приманкой. Использовал я только плавающие модели или суспендеры, которые идеально подходили для здешних условий, т.к. заглублялись при проводке не ниже тридцати сантиметров.

Несколько раз мне везло и я случайно попадал на постоянно перемещающуюся по акватории большую стаю активного окуня - тогда начинался самый настоящий «праздник души». Всё это получалось очень неожиданно, и от этого было еще более приятно: после довольно кислого клева внезапно начинались жадные окуневые хватки на каждом забросе. Причем за «счастливцем», буксирумым на тройниках, бежала стайка его обделенных собратьев с надеждой выхватить у него изо рта вожделенную добычу - со стороны это выглядело очень комично.

Сумасшедший клёв на каждом забросе продолжался максимум 7 - 10 минут - в зависимости от того, с какой скоростью перемещалась жирующая стая. Постепенно поклевки становились всё более редкими: стая уходила куда-то по своим окуневым делам.

Хорошо было бы догнать её - и для этого у меня тоже была своя маленькая хитрость. Важно было не упустить момент снижения интенсивности поклевок, и именно в этот момент запоминать, в какую сторону пытается уйти сидящий на крючках приманки окунь - практически всегда он тянул шнур в ту сторону, в какую медленно смещалась окуневая ватага. Несколько раз такая хитрость позволила мне аккуратно, без лишнего шума, поменять якорь и догнать уходящую стаю, продлевая удовольствие от ловли сильной и бойкой крупной рыбы. А нужно сказать, что стая всегда состояла из особей почти одинакового возраста и размера, мелочь попадалась крайне редко.

В основном ловились «матросики» от двухсот пятидесяти до четырехсот граммов, иногда в качестве приятного бонуса проскакивали «свиноокуни» по 700 – 900 г - это уже были настоящие монстры, которых просто так, на арапа, не возьмешь, и они ожесточенно сопротивлялись до конца.

Попав на такую стаю, вполне реально было за короткое время натаскать 10 – 15 кг отборного окуня, ведь каждый заброс приносил добычу. Но поскольку мало кому из вменяемых спиннингистов нужно такое количество рыбы, тем более с большим трудом поддающейся очистке от чешуи, то тут перед нами встает непростая дилемма: или забирать всю рыбу, как последнему жлобу, или выпускать часть улова сразу после поимки.

Опытным путем было установлено, причем неоднократно: если во время «избиения» окуневой стаи выпустить сразу хоть одну рыбу, то с гарантией процентов 60 - 70 стая мгновенно уйдет. Передает ли отпущенный окунь своим соплеменникам какую-то информацию, или выделяет, как говорят ихтиологи, в воду некое вещество, сигнализирующее стае об опасности - мне, по большому счету, безразлично, но после двух-трех таких проколов я перестал в процессе ловли выпускать «лишнюю» рыбу.

Отпускал я её позже, но для этого нужно было на этот период сохранить её в добром здравии: для этих целей идеально подошел сетчатый широкогорлый садок, причем очень желательно, чтобы на горловине стоял металлический обруч. В такой садок очень удобно бросать пойманных окуней: одним движением снял с крючка, вторым бросил в садок - и сразу выполняешь следующий заброс, ведь каждая секунда дорога, стая не стоит на месте, поэтому все движения должны выполняться максимально быстро, фактически - на автомате.

А по окончанию ловли, подождав, пока прекратит бухать по-сумасшедшему пульс и нормализуется сердцебиение, можно спокойно выпустить рыбу, оставив себе лишь нужное количество.

На применяемых приманках, я думаю, останавливаться смысла нет – у каждого всё равно есть свои, проверенные на рыбалках «поверхностники», поэтому фавориты у каждого будут разные. Каждый сезон окунь ставит передо мной всё новые задачи и заставляет разгадывать всё новые загадки в его поведении - и от этого напрямую зависит успех ловли.

Подбирать ключик к несговорчивой рыбе всегда безумно интересно – зато какое моральное удовлетворение ты получаешь, когда такой ключек сумеешь найти. За это мы и любим рыбалку!

По материалам ООО «Редакция журнала «Спортивное рыболовство»

Дата публикации: 1.07.2018 Автор: Андрей Швец Просмотров: 370
Рейтинг: